ДИАЛОГ О ТОМ, КАК ОТХОДЫ ПРЕВРАЩАЮТ В ДОХОДЫ
Специалисты подсчитали: одна тонна бумаги, полученной из макулатуры, позволяет сэкономить 26640 литров воды, 2,5 кубометра пространства на свалке, 477 литров нефти, 17 деревьев и 4000 киловатт-часов электроэнергии. Кроме того, на 74 процента снижается загрязнение окружающей среды. Но такие дивиденды можно получить только при раздельном сборе мусора. Внешняя простота задачи обманчива. Практика показывает, что даже разноцветные контейнеры, которые, словно светофоры, регулируют потоки собираемых отходов, всего не решают. В одних случаях мешает пресловутая инерция, извечная привычка все валить одним кулем, в других – недостаточная информированность горожан. Пристыдить первых и вооружить необходимыми знаниями вторых мы бы и хотели с помощью злободневного интервью. На вопросы корреспондента отвечает директор ПКУП «Биомехзавод бытовых вторресурсов» Сергей СЕМЁНЫЧЕВ.
* * *
– Сергей Олегович, статистика говорит, что каждый белорус за год производит 350 килограммов мусора...
– Именно! А у нас в Новополоцке проживает порядка 100 тысяч человек. Еще 7 тысяч дадут Боровуха с Междуречьем. Вот и считайте!
– Калькулятор показывает – в небольшом округлении – около 37 тысяч тонн. Горы!
– К ним нужно прибавить «пригорочки». Потому что наша сфера ответственности распространяется еще на 23 гаражных кооператива и 8 садоводческих товариществ. С учетом этих источников годовой объем отходов будет в районе 40 тысяч тонн.
– Агломерация есть агломерация. Тем не менее главная битва за вторичные ресурсы ведется в «метрополии», то есть в самом городе. И самое ценное, что несут люди на контейнерные площадки, это бумага, пластмасса и стекло. О металле мы сейчас не говорим. Это тоже бесценный вторичный ресурс. Но его утилизация проходит по автономной схеме. За металлолом – и черный, и цветной – отвечают другие инстанции. А наша с вами задача – напомнить читателям газеты о необходимости цивилизованного выноса мусора, внести хотя бы небольшую лепту в формирование этого культурного рефлекса. Начнем со статистики.
– У нас на балансе 1191 контейнер для сбора вторичных материальных ресурсов. Они установлены блоками по три штуки. Специализация каждого кодирована цветом. Зеленые контейнеры предназначены для бумаги. Что в них можно бросать? Все, что сделано из картона. Отходы канцелярского делопроизводства. Газеты, журналы, альманахи, бюллетени – короче, то, что входит в понятие «периодика». К этому виду бумажного вторсырья примыкает полиграфическая продукция: календари, буклеты, плакаты, листовки и так далее.
– А книги?
– Книги лучше читать. Ума-разума набираться. Но мы же с вами понимаем, что у любой вещи есть известный срок службы. Короткий век многих детских книжек определяется двумя причинами. Во-первых, читатель быстро вырастает. Во-вторых, в силу возраста он еще не умеет аккуратно обращаться с таким хрупким материалом, как бумага. Почти в каждом доме найдется детская книжка без обложки. Нельзя отремонтировать, переплести – значит, нужно сдать в утиль. После переработки ценного вторсырья взрослые дяди напечатают новые книжки для малышей.
Должен предупредить о некоторых нюансах. Старые тома и фолианты ведь разные бывают. Когда вы получаете дом в наследство и в нем есть библиотека, присмотритесь к пожелтевшим и потрепанным изданиям. А еще лучше – посоветуйтесь со знатоками. Ветхую, но ценную книгу можно сдать в букинистический магазин. Или подарить музею. Из разговоров с коллегами знаю, что на свалке иногда оказываются раритеты, которые библиофилы или музейщики у вас с руками оторвут.
– Что можно сказать про различные виды упаковки, которую используют переработчики сельхозпродукции и ритейлеры?
– Хороший вопрос! Производство упаковки в наше время превратилось в мощную подотрасль легкой промышленности. Это серьезный бизнес, идущий в ногу с техническим прогрессом. Упаковочные материалы могут так комбинироваться, что не поддаются разделению. Скажем, многие бросают пакеты типа «Тетра Пак» в зеленый контейнер. Напрасно! Бумага с полиэтиленовым или латексным покрытием не поддается переработке. Нельзя бросать в зеленые контейнеры и такие отходы, как: обои, фотобумага, лотки из-под яиц, клеящая лента или скотч, как мы ее называем на английский манер.
– В этом перечне удивили обои. Некоторые виды из них так и называются – бумажные.
– Да, по родству с целлюлозой. Но обои, как правило, продукт глубокой утилизации. Та бумага, что в них осталась, пережила много технологических превращений. Такие отделочные материалы производятся из вторресурсов, на которых заканчивается цикл оборачиваемости. После ремонта квартиры их нужно отправлять в контейнеры с маркировкой из шести букв. «ТКО» – это твердые коммунальные отходы, «БМЗ» – биомехзавод. Такой мусор мы переправляем на полигон для захоронения.
– На желтых контейнерах написано «Пластмасса». Что мы сюда несем?
– Любую ПЭТ-бутылку. С некоторыми видами этого вторсырья есть проблемы. Не все наши партнеры берут их в переработку. Тем не менее мы идем навстречу горожанам, упрощая режим сбора отходов из пластика. ПЭТ-бутылка может быть какой угодно. Из-под лимонада, пива, молока, минеральной воды, уксуса, подсолнечного масла и так далее. Отходы пластмассы в виде бутылок для отбеливателей, пятновыводителей, шампуней, кетчупа, моющих и чистящих средств, пластиковые канистры и другие емкости – все это тоже нужно бросать в желтые контейнеры. Как и упаковочную полиэтиленовую или воздушно-пузырчатую пленку.
– Приходилось встречать в СМИ такую рекомендацию. Специалисты советуют нам, производителям мусора, плющить ПЭТ-бутылки, прежде чем опустить в контейнер. Так повышается эффективность транспортировки вторичного пластика.
– Совершенно верно. И я хотел бы обратиться к новополочанам с подобной просьбой. Вы же представляете себе, что такое мусоровоз? Махина! А на самом деле, загруженный под завязку, он везет не более двух центнеров ПЭТ-бутылки. По сути, воздух. А ведь накладные при челночных пробегах по 16 спецмаршрутам будь здоров! Горючее. Амортизация транспортного средства. Зарплата водителя... Экономическая отдача мусоровоза возрастает вдвое, когда он загружается ПЭТ-бутылкой, предварительно сплющенной. Тут ничего сложного. Отвинтите пробку, сожмите бутылку в ладонях. Не хватает силенок, можно ногой на нее наступить – и все дела. После такой утрамбовки мусоровоз доставляет на завод не 200 кг легкого утиля, а 350–400.
– Остаются контейнеры, выкрашенные в синий цвет. Все они помечены указателем «Стекло». Дополнительные пожелания будут?
– Мы просим, чтобы в эти контейнеры горожане бросали стеклянные банки и бутылки любого типа. Казалось бы, все просто, но и здесь есть один подводный камень. Листовое оконное стекло не входит в госзаказ. Причины – технологические, это не наша компетенция. Еще дальше от глубины утилизационных проблем люди, не связанные с коммунальным хозяйством. Они не видят разницы между бутылочным стеклом и осколками разбитой форточки. Итог предсказуем – все оказывается в одном контейнере.
Если честно, мы закрываем на это глаза. Хотя разделить бой тарного и оконного стекла практически невозможно. Это понимают и переработчики, заложившие в требования к составу вторсырья определенный допуск. Разрешается примесь листового стекла в общем весе утиля до 3 процентов. К сожалению, реальная пропорция двух видов боя бывает совершенно другой. Поэтому я еще раз заостряю внимание новополочан на условиях, которые выставляет нам стекольная промышленность. В переработку идут бутылки или банки. По классификации специалистов это тарное стекло. Только ему место в синих контейнерах.
– Сергей Олегович, пора подводить итоги. Что бы вы хотели сказать в завершение диалога?
– В Беларуси еще нет предприятий, умеющих сортировать вторичные ресурсы в автоматическом режиме. И Новополоцкий БМЗ к этому не готов. Желающие могут подъехать в промзону и посмотреть на процесс сортировки вживую. Поверьте на слово, у нас не курорт. Давайте уважать тяжелый труд заводского персонала. По большому счету, в руках сортировщиков не хлам, не презренный мусор, а дело государственной важности.
Доказано, что до 50 процентов мусора можно переработать и вернуть в хозяйственный оборот. Реальная цифра утилизации в Беларуси не превышает 10–15 процентов. Раздельный сбор отходов в этом плане – серьезный резерв. Сужу по динамике в нашей отчетности. Мы существенно добавили к 2013 году. Прирост по разным видам вторсырья составляет от 120 до 200 процентов.
Это не предел. Посмотрите, сколько ПЭТ-бутылок валяется на берегу Западной Двины. В санитарно-защитной полосе. По окраинам города, где молодежь устраивает свои посиделки. И пленочная тара частенько идет мимо системы сбора вторичных ресурсов. И бутылочного стекла под ногами хватает. Но больше всего меня удручают кипы макулатуры, отправляемой на дачи. Приходилось видеть полные багажники старых газет и журналов. Спросишь: зачем? – отвечают: в баню на растопку.
Ну что тут скажешь?! Неразумно это. Расточительно. Чревато для здоровья. Наши предки веками использовали в качестве растопки лучину. Настрогал ножом, сложил шалашиком в печи, поднес спичку – горит. Разумеется, и бумага горит. Но в старых полиграфических красках был свинец, в новых – другая «химия». Она попадает в золу, вместе с нею – на грядки. Затем по корневой системе в овощи и фрукты. И мы после всего этого простодушно удивляемся, почему у нашей детворы ослабленный иммунитет.
– Сергей Олегович, вы только что подсказали заголовок для нашего с вами диалога. Древние говорили: разделяй и властвуй. Они имели в виду безотказный принцип имперской политики. Мы, переиначив старую формулу, можем сказать: разделяй – и здравствуй! Потому что грамотный сбор и максимальная переработка вторичных материальных ресурсов – это не только экономия государственных средств, рачительность в использовании национальных богатств, но и профилактика собственного здоровья.
– Согласен с вами!
На фото: директор ПКУП «Биомехзавод бытовых вторресурсов» С.Семёнычев;
новая автотехника – хорошее подспорье в раздельном сборе мусора.
Владимир ФАКЕЕВ, "НС"
Фото Николая Авсеева
